Алексей Гавриленко - Синие лыжи с белой полосой. Гавриленко лыжи


Читать Синие лыжи с белой полосой - Гавриленко Алексей Евгеньевич - Страница 1

Алексей Евгеньевич Гавриленко

Синие лыжи с белой полосой

Посвящаю моей Дашеньке, а также ее бабушкам и дедушкам

Эту историю я знаю не понаслышке, все это было по правде и, можно сказать, совсем недавно. Просто об этих таинственных событиях пока не писали в газетах и не сообщали по телевизору в новостях. Все, что произошло, так и осталось тайной для широкой общественности. И многие люди так и не догадываются до сих пор, какие крупные неприятности угрожали всем нам. Поэтому я немного опасаюсь, что настоящие герои этой истории, когда прочтут об этом, возьмут и вообразят о себе бог весть что, а еще, не дай бог, и зазнаются после этого. Сами-то они пока не думают, что совершили какие-то геройские подвиги. Поэтому город, в котором все это приключилось, я называть не стану. Хотя все его знают.

А было все это вот как…

Глава 1, в которой рассказывается о том, что у каждого человека бывают удачные дни, а бывают, прямо скажем, не очень-то

Славка выскочил из ванной с мокрой физиономией — было не до полотенца. Юркнул на табуретку возле кухонного стола и… разочарованно застыл. Отрывной календарь уже лишился вчерашнего дня.

Славке еще ни разу не удалось опередить бабушку в этом вопросе. Она умудрялась оторвать лист первой, будто всю ночь в засаде сидела. «Ладно, завтра сначала сюда, а уж потом — зубы драить». Он принялся сосредоточенно считать странички, оставшиеся до своей самой любимой, но она была, как назло, последней. «С Новым годом!» — вот что на ней написано. Раз, два, три… на тридцатой бабушка прекратила его упражнения по арифметике, а ведь оставалось совсем чуть-чуть.

А вообще-то надо сказать вот что. Тут что-то не так с этой арифметикой. Славка давно заподозрил неладное: календарь, например, сообщает, что, дескать, зима на пороге, а за окном совсем другое. Может, в этом году бабушка напутала чего-нибудь, отрывая эти дни-листочки? Или календарь попался неправильный…

А дело в том, что в одном очень большом и многолюдном городе давно не было обычного снега. С прошлой зимы. А сейчас уже наступала следующая зима и пора бы уже снегу выпасть на тротуары и на крыши, облепить скамейки и украсить голые ветки деревьев кусочками ваты. А его все не было и не было. А вот ветер и дождь, наоборот, были сколько хочешь. И это, конечно, всем очень надоело, потому что жители этого города уже давно не лепили снеговиков, не гуляли по заснеженным паркам и вообще уже столько времени не бросались друг в дружку снежками.

А еще в этом городе живет мальчик по имени Славка, он тоже любит, чтобы летом было солнце, а зимой — снег, и можно сказать, что зима — его самое любимое время года. У него и фамилия подходящая — Саночкин, только зиму он любит не из-за фамилии, конечно, а потому что… но я тороплю события. Вот, кстати, и Славка. Куда-то он направился после школы, и признаемся — слишком уж самостоятельно для первоклассника.

Мысли сейчас у Славки, как и погода в этом городе, хмурые.

Когда-нибудь он по-настоящему разберется с Мишкой, думает Славка в эту минуту. «Гвоздь еще узнает, где живут раки каждую зиму, просто сегодня… у меня неудачный день. Такие дни бывают даже у самого Скороходова», — успокаивает себя Славка, бредя по шумной улице, среди людей, которые в отличие от него всегда знают, куда им надо бежать сломя голову, и при этом всегда опаздывают. Иначе что же они так несутся, как на лыжных гонках? Взрослые вообще возомнили, что они даже не то что какие-нибудь лыжники, а… что они большие и могучие ледоколы в Ледовитом океане (только в нем льда пока нету). И ведут себя так же — не замечают маленьких корабликов у себя под ногами, думают: раз ты еще ребенок, значит, должен уступать дорогу взрослым, будто у маленьких нет своих важных дел. Славка давно научился лавировать в этом потоке: уворачиваться, когда нужно, и ускорять ход, если угрожает столкновение. Самые опасные участники этого движения — мужчины с портфелями, особенно если пальто нараспашку и шарф развевается по ветру — эти никого в упор не видят.

А если честно, не заметить Славку трудно. На нем его любимая и самая красивая куртка. Правда, другой у него все равно нет, да к тому же с прошлой зимы ее рукава стали почему-то короче. Теперь, чтобы не мерзли запястья, Славке приходится втягивать плечи, за что его ругает бабушка: «Не сутулься, а то не станешь таким, как этот твой… Быстроходов, что ли». Но все равно куртка самая лучшая. На ней крупными-крупными буквами написано хорошее слово «СПОРТ». И на спине, и на груди. Буквы красные на коричневом фоне. И воротник не какой-нибудь, а синий. Теперь таких курток нет. А у Славки есть.

А вот вчера был, наоборот, удачный день. Утром Славка задержался у зеркала в коридоре — пришлось взглянуть на себя с удовольствием. Уж больно куртка хороша. А если кто-то не знает, скажу — именно с нее и начинается зима в нашем городе. Так установила Славкина бабушка. Конечно, сама-то зимушка-зима не знала про это правило, но в тот год, если честно, она вообще забыла про всякие правила и приличия. Очень она задерживалась.

Накануне вчерашнего удачного дня все было как всегда. Как и обычно по вечерам, они с бабушкой сидели возле телевизора.

— Ты, надеюсь, уже сделал уроки, друг сердечный? — спросила бабушка своим особенным, немного грубым голосом. Если бы вы его услышали, никогда бы уже не перепутали.

Однажды Славка даже сказал ей: «Ба! У тебя голос — как у Волка из мультика». «Мне бы еще зубы такие же, — ответила она. — Тогда бы я тебя точно съела за твои проделки».

Бабушка умела разговаривать с ним, как с равным. Правда, несколько фамильярно, это, кто не знает, — как бы запросто, и даже порой с подковырками. Только вы не подумайте, она со Славкой не сюсюкалась, как с маленьким. Даже если и подшучивала.

— Нам же не задают еще на дом! Забыла, что ли? Зоя Михайловна говорит, что мы будем делать домашнее задание только с третьей четверти.

— Ну-ну. Хорошо, если будете… молодой человек, — с некоторым сомнением проговорила бабушка, меняя очки и усаживаясь поудобнее перед экраном.

— Лучше бы нам уже сейчас задавали, а то рисуем всякую ерунду — лопатки, цветочки, буквы разучиваем, как в детском садике… — ворчливо рассуждает внук. Как будто это не он всего каких-нибудь полгода назад ходил в детсад за ручку с бабушкой.

— Так, Вячеслав, теперь, будь любезен, помолчи. Уже начинается…

Раздались знакомые позывные новостей. Для Славки это означает всегда одно и то же — скоро спать. Программа «Время» в его жизни была всегда. Это как старый шкаф, скрип дивана и огромный круглый стол в центре комнаты. Сейчас можно делать все, что вздумается: бабушка, не отрываясь, смотрит всякую непонятную чепуху по телику, как будто там показывают захватывающие мультики. Главное — не шуметь. А что можно делать без шума, когда тебе всего семь с половиной лет? Поэтому и приходится вместе с бабушкой смотреть на занудных взрослых. Но, правда, есть в конце этого дурацкого «Времени» кое-что интересное — его любимый спорт. Бабушка его почему-то никогда не смотрит. Так было не всегда, когда-то она даже была страстной болельщицей, но в последние годы она не может видеть все эти игры с мячом и шайбой, все эти задорные соревнования наперегонки. Почему? Это вы узнаете чуть попозже.

— Иди, твой хохей начинается! — говорит она, вставая и демонстративно отворачиваясь от телевизора. Зимой и летом называет она спортивные новости этим словом. Что бы там ни показывали.

— Хоккей, баба! — весело поправляет ее Славка.

online-knigi.com

Алексей Гавриленко - Синие лыжи с белой полосой

Алексей Евгеньевич Гавриленко

Синие лыжи с белой полосой

Посвящаю моей Дашеньке, а также ее бабушкам и дедушкам

Эту историю я знаю не понаслышке, все это было по правде и, можно сказать, совсем недавно. Просто об этих таинственных событиях пока не писали в газетах и не сообщали по телевизору в новостях. Все, что произошло, так и осталось тайной для широкой общественности. И многие люди так и не догадываются до сих пор, какие крупные неприятности угрожали всем нам. Поэтому я немного опасаюсь, что настоящие герои этой истории, когда прочтут об этом, возьмут и вообразят о себе бог весть что, а еще, не дай бог, и зазнаются после этого. Сами-то они пока не думают, что совершили какие-то геройские подвиги. Поэтому город, в котором все это приключилось, я называть не стану. Хотя все его знают.

А было все это вот как…

Глава 1, в которой рассказывается о том, что у каждого человека бывают удачные дни, а бывают, прямо скажем, не очень-то

Славка выскочил из ванной с мокрой физиономией — было не до полотенца. Юркнул на табуретку возле кухонного стола и… разочарованно застыл. Отрывной календарь уже лишился вчерашнего дня.

Славке еще ни разу не удалось опередить бабушку в этом вопросе. Она умудрялась оторвать лист первой, будто всю ночь в засаде сидела. «Ладно, завтра сначала сюда, а уж потом — зубы драить». Он принялся сосредоточенно считать странички, оставшиеся до своей самой любимой, но она была, как назло, последней. «С Новым годом!» — вот что на ней написано. Раз, два, три… на тридцатой бабушка прекратила его упражнения по арифметике, а ведь оставалось совсем чуть-чуть.

А вообще-то надо сказать вот что. Тут что-то не так с этой арифметикой. Славка давно заподозрил неладное: календарь, например, сообщает, что, дескать, зима на пороге, а за окном совсем другое. Может, в этом году бабушка напутала чего-нибудь, отрывая эти дни-листочки? Или календарь попался неправильный…

А дело в том, что в одном очень большом и многолюдном городе давно не было обычного снега. С прошлой зимы. А сейчас уже наступала следующая зима и пора бы уже снегу выпасть на тротуары и на крыши, облепить скамейки и украсить голые ветки деревьев кусочками ваты. А его все не было и не было. А вот ветер и дождь, наоборот, были сколько хочешь. И это, конечно, всем очень надоело, потому что жители этого города уже давно не лепили снеговиков, не гуляли по заснеженным паркам и вообще уже столько времени не бросались друг в дружку снежками.

А еще в этом городе живет мальчик по имени Славка, он тоже любит, чтобы летом было солнце, а зимой — снег, и можно сказать, что зима — его самое любимое время года. У него и фамилия подходящая — Саночкин, только зиму он любит не из-за фамилии, конечно, а потому что… но я тороплю события. Вот, кстати, и Славка. Куда-то он направился после школы, и признаемся — слишком уж самостоятельно для первоклассника.

Мысли сейчас у Славки, как и погода в этом городе, хмурые.

Когда-нибудь он по-настоящему разберется с Мишкой, думает Славка в эту минуту. «Гвоздь еще узнает, где живут раки каждую зиму, просто сегодня… у меня неудачный день. Такие дни бывают даже у самого Скороходова», — успокаивает себя Славка, бредя по шумной улице, среди людей, которые в отличие от него всегда знают, куда им надо бежать сломя голову, и при этом всегда опаздывают. Иначе что же они так несутся, как на лыжных гонках? Взрослые вообще возомнили, что они даже не то что какие-нибудь лыжники, а… что они большие и могучие ледоколы в Ледовитом океане (только в нем льда пока нету). И ведут себя так же — не замечают маленьких корабликов у себя под ногами, думают: раз ты еще ребенок, значит, должен уступать дорогу взрослым, будто у маленьких нет своих важных дел. Славка давно научился лавировать в этом потоке: уворачиваться, когда нужно, и ускорять ход, если угрожает столкновение. Самые опасные участники этого движения — мужчины с портфелями, особенно если пальто нараспашку и шарф развевается по ветру — эти никого в упор не видят.

А если честно, не заметить Славку трудно. На нем его любимая и самая красивая куртка. Правда, другой у него все равно нет, да к тому же с прошлой зимы ее рукава стали почему-то короче. Теперь, чтобы не мерзли запястья, Славке приходится втягивать плечи, за что его ругает бабушка: «Не сутулься, а то не станешь таким, как этот твой… Быстроходов, что ли». Но все равно куртка самая лучшая. На ней крупными-крупными буквами написано хорошее слово «СПОРТ». И на спине, и на груди. Буквы красные на коричневом фоне. И воротник не какой-нибудь, а синий. Теперь таких курток нет. А у Славки есть.

А вот вчера был, наоборот, удачный день. Утром Славка задержался у зеркала в коридоре — пришлось взглянуть на себя с удовольствием. Уж больно куртка хороша. А если кто-то не знает, скажу — именно с нее и начинается зима в нашем городе. Так установила Славкина бабушка. Конечно, сама-то зимушка-зима не знала про это правило, но в тот год, если честно, она вообще забыла про всякие правила и приличия. Очень она задерживалась.

Накануне вчерашнего удачного дня все было как всегда. Как и обычно по вечерам, они с бабушкой сидели возле телевизора.

— Ты, надеюсь, уже сделал уроки, друг сердечный? — спросила бабушка своим особенным, немного грубым голосом. Если бы вы его услышали, никогда бы уже не перепутали.

Однажды Славка даже сказал ей: «Ба! У тебя голос — как у Волка из мультика». «Мне бы еще зубы такие же, — ответила она. — Тогда бы я тебя точно съела за твои проделки».

Бабушка умела разговаривать с ним, как с равным. Правда, несколько фамильярно, это, кто не знает, — как бы запросто, и даже порой с подковырками. Только вы не подумайте, она со Славкой не сюсюкалась, как с маленьким. Даже если и подшучивала.

— Нам же не задают еще на дом! Забыла, что ли? Зоя Михайловна говорит, что мы будем делать домашнее задание только с третьей четверти.

— Ну-ну. Хорошо, если будете… молодой человек, — с некоторым сомнением проговорила бабушка, меняя очки и усаживаясь поудобнее перед экраном.

— Лучше бы нам уже сейчас задавали, а то рисуем всякую ерунду — лопатки, цветочки, буквы разучиваем, как в детском садике… — ворчливо рассуждает внук. Как будто это не он всего каких-нибудь полгода назад ходил в детсад за ручку с бабушкой.

— Так, Вячеслав, теперь, будь любезен, помолчи. Уже начинается…

Раздались знакомые позывные новостей. Для Славки это означает всегда одно и то же — скоро спать. Программа «Время» в его жизни была всегда. Это как старый шкаф, скрип дивана и огромный круглый стол в центре комнаты. Сейчас можно делать все, что вздумается: бабушка, не отрываясь, смотрит всякую непонятную чепуху по телику, как будто там показывают захватывающие мультики. Главное — не шуметь. А что можно делать без шума, когда тебе всего семь с половиной лет? Поэтому и приходится вместе с бабушкой смотреть на занудных взрослых. Но, правда, есть в конце этого дурацкого «Времени» кое-что интересное — его любимый спорт. Бабушка его почему-то никогда не смотрит. Так было не всегда, когда-то она даже была страстной болельщицей, но в последние годы она не может видеть все эти игры с мячом и шайбой, все эти задорные соревнования наперегонки. Почему? Это вы узнаете чуть попозже.

— Иди, твой хохей начинается! — говорит она, вставая и демонстративно отворачиваясь от телевизора. Зимой и летом называет она спортивные новости этим словом. Что бы там ни показывали.

— Хоккей, баба! — весело поправляет ее Славка.

Это такая игра. Не с шайбой, а с бабушкой. Она, конечно, знает, как правильно произносится, а тем более пишется слово «хоккей». Она же самая лучшая стенографистка в городе. Вы, разумеется, думаете: такой профессии не осталось уже. Вот вы и ошибаетесь. Бабушка работает до сих пор. Правда, их, стенографисток, осталось в городе немного, но все они трудятся не где попало, а в Академии наук. Она успевает записывать все, что говорят самые умные ученые. Это, скажу, не просто, некоторые, например, пишут очень медленно, а бабушка очень-очень быстро. На каких-то таинственных «защитах». Она, видимо, самый лучший защитник в команде. Ей даже подарили компьютер, на котором она перепечатывает все, что записала со слов профессоров и академиков.

Тихо-тихо шуршат кнопки компьютера по вечерам, на каждой из них — по букве. Бабушкины пальцы стремительно летают по клавиатуре — клик-клик-клик, а настенные часы вторят им — тик-тик-тик, и от этого в комнате наступает особая тишина, уж очень какая-то тихая. Это-то и не нравится Славке. Треск старой пишущей машинки, под который он засыпал и просыпался всю свою жизнь, для него как колыбельная песня. Иногда он даже просит бабушку попечатать просто так. И она охотно расчехляет свой старый «Рейнметалл» и выстукивает на нем письмо для Вячеслава. Может быть, поэтому Славка и научился читать раньше всех во дворе. Раньше Мишки и даже Эльки.

www.libfox.ru

Алексей Гавриленко - Синие лыжи с белой полосой

В эту минуту возле толпы зевак притормозил красивый иностранный автомобиль. Славка непременно обратил бы внимание на такой классный джип, если бы сейчас не замер в ожидании разгадки, которая все эти дни не давала ему покоя. Открылась дверца водителя. Высокий и сильный молодой мужчина вышел из авто. Он сразу привлек внимание девушек… но разве девчонки понимают что-нибудь в жизни? Они даже не узнали в нем главного чемпиона! Да, это был Скороходов! Он направился к главному входу универмага, но вдруг на полпути его остановил загадочный человек с яркой раскрашенной коробкой. Бабушка могла бы поклясться, что это ее доктор, но разве доктора… нет, видимо, ошиблась, решила она.

- Простите за беспокойство, - заговорил лотерейщик, подойдя к чемпиону, - я знаю, что вы торопитесь. Но не волнуйтесь. Поверьте, вы сегодня все успеете.

Скороходов, который привык, что его иногда узнают на улицах поклонники лыжных гонок, не удивился. Только усмехнулся:

- Неужели - все?

- Непременно. Вы сейчас купите самый большой торт, за которым, собственно, и приехали… кстати, его еще не выставили на прилавок, поэтому обязательно сначала спросите, не привезли ли "Снежную крепость" - так он называется, а потом, когда будете выбирать себе галстук в отделе на первом этаже, не покупайте зеленый, как вам хочется сейчас. - У Скороходова от удивления вытянулось лицо, он заинтересованно и несколько растерянно слушал загадочного человека. Тот продолжал: - Мой совет: купите синий галстук с белой полоской по самой серединке. Поверьте, это принесет вам удачу, да, кстати, и в тон будет к вашему новому костюму. Но у меня к вам другая огромная просьба… Не сочтите за труд…

- Да-да! Я растерян и, признаться, удивлен… такой осведомленности. Что я могу сделать для вас?

- Не для меня. Видите того мальчишку? - Человек указал на Славку. - Прошу вас, достаньте для него счастливый билет из этой коробки.

- Нет проблем! Но видите ли… я точно знаю, что мне не попадется счастливый билетик. Никому не говорите, но мне никогда в жизни не везло.

- Я знаю. Но ведь совершенно неважно, что будет внутри этой бумажки, - говорит он странные для продавца лотерейных билетов слова. - Счастье ведь нельзя выиграть. Его можно только завоевать. Правда?

Скороходов, как никто другой, знал эту простую истину, поэтому охотно последовал за своим загадочным собеседником. Они прошли сквозь толпу, миновали оцепление и остановились возле Славки, который стоял почти рядом с возбужденной Снежаной. Ей что-то ободряюще говорил директор. Славка очень волновался за нее, но его никто не замечал, люди, которые всегда находились рядом с директором, оттеснили его, и он уже почти не видел, что происходило за их широкими спинами. Вдруг всеобщий беспорядочный гомон несколько утих. Все обратили внимание на чемпиона. Кто-то узнал его, а те, кто не знал, все равно невольно устремили на него свои взоры - такой он был представительный и красивый: сразу видно, не просто случайный человек из толпы. Славка непроизвольно обернулся туда, куда смотрели все.

А чемпион смотрел не куда-нибудь, а на Славку. И вдруг после паузы, прочитав надпись на груди мальчишки, протянул ему руку:

- Привет, спортсмен. Мы ведь знакомы?

- Да… то есть я, конечно, знаю вас, - робко произнес он в тишине и тут же смело добавил: - Разве вы не в Норвегии, там, где много снега?

- Уже вернулся. Но не сердись. С медалью, честное слово. Мы всем показали, где настоящие раки зимуют.

- А я и не сомневался, - по-взрослому ответил Славка, который уже успел оправиться от минутной растерянности. - У нас тоже скоро будет настоящий снег!

- Обещаешь? - серьезно спросил Скороходов.

- Честное слово!

- Тогда держи. - С этими словами чемпион достал из огромной яркой коробки синюю бумажку. - Это тебе.

И в эту самую минуту директор махнул рукой. Незаметные помощники сорвали синее полотно внутри огромной витрины. Раздались восторженные аплодисменты. Только один Славка застыл в изумлении. Он не верил своим глазам. Снежана сумела сделать зимнюю сказку: здесь был целый мир - и горы и деревья… казалось, все было пронизано светом и снегом. Все краски были чистыми и контрастными. Но его потрясло другое - он стоял как перед зеркалом. Нет, не как перед отражением в витрине… Два красивых человека - мужчина и женщина - держали за руки мальчишку, который был как две капли воды похож на Славку. Только тот Славка - за стеклом - выглядел счастливым и весело смеялся. Конечно! Он же стоял… на синих-синих лыжах, а посередине каждой из них проходила белая широкая полоса. Но самое удивительное - на красивой курточке, которая была ему впору, было написано самое любимое Славкино слово "СПОРТ".

Директор обнял Снежану:

- Яночка, я не ошибся в вас! Это теперь самая лучшая витрина в нашем магазине. Вы прекрасно справились с этой работой. И позвольте премировать вас. Яночка, я знаю… это моя обязанность - знать все про всех… так вот, я знаю, что вы большая любительница зимнего отдыха. У меня для вас сюрприз!

С этими словами он достал из внутреннего кармана пиджака конверт:

- Здесь путевка на горнолыжный курорт, где вы сможете вдоволь накататься на лыжах, там-то уж, поверьте, снега достаточно. Отдыхайте, а мы будем ждать вас.

Те, кто теснился вокруг, захлопали в ладоши, и больше всех в этой толпе радовались стоявшие рядом Костик и Славка. И вдруг Снежана взяла конверт и направилась к Танечке:

- Игорь Николаевич, вы не обидитесь, если я отдам эту путевку Танечке, она никогда не каталась на лыжах. А у меня другие планы… - Она подошла к Славке и Костику. - Мы дождемся снега здесь. Все вместе.

И только сейчас, расступившись, все узнали в Славке смеющегося мальчугана на витрине…

Славка развернул синюю бумажку, о которой чуть не забыл в этой суматохе. Скороходова уже нигде не было. Прочитал, и выражение его лица изменилось: глаза стали большими - то ли от радости, то ли от удивления. Он растерялся - что же делать? И в это мгновение почти над ухом раздался голос: "Лотерея! Лотерея! Кто еще не проверил свой билет?" Славка видит, как рядом, совершенно не замечая его, проходит загадочный лотерейщик с грустными глазами. Он бросается к нему:

- Дяденька! Дяденька…

- Да? Слушаю вас, молодой человек, - говорит тот, высоко вскинув брови, будто видит Славку первый раз в жизни.

- У меня… тут написано… лыжи, - несмело произносит мальчик, протягивая билет.

- Лыжи? Не может быть. Какие еще лыжи? Позвольте… Позвольте ваш билетик. - Лотерейщик так удивлен, что даже нацепил старомодное пенсне. - Гм, действительно лыжи. Ну что ж. Ничего не поделаешь. Значит, вы их заслужили, молодой человек.

С этими словами он, словно фокусник достает из-за спины лыжи. Но какие! Это были настоящие синие лыжи, а посередине каждой из них проходила белоснежная полоса! В другой руке лотерейщик держит непонятно откуда взявшуюся коробку:

- А здесь, сударь, лыжные ботинки. Но не обессудьте, обувь в единственном экземпляре, другого размера у меня, к величайшему сожалению, нет. Даже не знаю, подойдет ли.

Снежана и Костик понимающе переглянулись. Они уже догадались: конечно, это был Славкин размер. По-другому и быть не могло.

И вдруг толпа, словно по команде, замолкает. Безмолвие окутывает всю улицу, весь город, а может, и целый мир. Останавливаются машины, замедляют шаг спешащие люди и, придерживая шапки, запрокидывают головы. Так и стоят, боясь спугнуть первый снег.

А на людей тихо, с каким-то ровным, умиротворяющим шорохом начинают падать первые снежинки. Крупные и пушистые. Как нарисованные. В наступившей тишине медленно и плавно опускаются они на поднятые к небу лица.

Послесловие

Вот и все, что я могу вам рассказать про Славку Саночкина.

Честно говоря, я давненько не видел его. Город-то у нас большой, в нем много разных мальчишек и девчонок, судьба редко дарит нам случайные встречи, да и дел у меня, откровенно говоря, в последнее время было невпроворот. Насколько я знаю, и сам Славка занят с утра до позднего вечера. Поговаривают, что в скором будущем мы все услышим о нем. Говорят: Славка наша спортивная надежда. Ну что ж. Я буду за него очень-очень рад. Если он станет чемпионом, значит, он добьется этого своим упорным трудом. И тогда все его фантазии окажутся реальностью, а я всегда знал: он вовсе не пустой придумщик, как многие считали, он мечтатель. И конечно же я буду гордиться, что знавал будущего чемпиона. Непременно. А если уж начистоту - даже если он и не станет знаменитым спортсменом, я все равно буду гордиться знакомством с ним. Только не хочется, чтобы он зазнался. А то ведь и такое бывает.

Загадочный Инкогнито, говорят, так и не расстается со своим большущим зонтом. Ни зимой, ни летом. Правда, буквально на днях кто-то рассказывал, что теперь он появляется исключительно без зонтика. Болтают, что сейчас он расхаживает в белой панамке, и она, кстати, вроде бы тоже каких-то великанских размеров. Безоговорочно этому верить нельзя, тут сколько детей, столько и мнений, у всех он какой-то разный, а мне он тоже почему-то не попадался с тех самых пор. А может, и попадался, только я в своей каждодневной спешке не узнал его, это с нами, взрослыми, часто случается, к сожалению.

profilib.net

Алексей Гавриленко - Синие лыжи с белой полосой

- Ты знаешь, у детей, наверное, так бывает… У них, мне кажется, все как-то одновременно. Это у нас уже все - по полочкам. Или так, или эдак. Я вот смешиваю здесь разные краски… только для того, чтобы добиться нужного тона, довести много-много ярких тонов до однородной массы - не резкой и не яркой, нас этому учили. А вот их краски… понимаешь? Как тебе сказать? Они не смешиваются, наверное. Если белая, она и будет белой, если черная - черной, а синюю, как ни разводи, она так и останется синей…

- Да ну тебя! - воскликнула Танечка. - Голову себе забиваешь всякой чепухой! Уроки наверняка прогуливает. Вот и все краски-загадки. Пока родители на работе, делает что на ум взбредет. Тут таких знаешь сколько!

Яна какое-то время внимательно смотрит на Славку, потом задумчиво произносит:

- Знаешь, мне почему-то кажется, что у него сегодня не самый удачный в жизни день.

Глава 9. Грустная глава, в которой наш герой узнаёт, как рушатся надежды

Счастливчики, которые вчера записались в лыжную секцию, уже сегодня весело гоняют по настоящему взрослому стадиону. И только какой-нибудь отсталый человек, который не переваривает физкультуру, не поймет, глядя на них, что они не просто так бегают, как, например, на переменке в школе, а они заняты очень важным и жутко интересным делом! Они разделились на две непримиримые команды. По свистку тренера они по очереди хватают мячи и наперегонки бегут к большой корзине. Каждый хочет прибежать первым, бросить в корзину свой мяч и, вернувшись, поскорее передать эстафету товарищу по команде. Дети азартно и громко подбадривают друг друга. Если судить по их визгу, то может показаться, что от этих упражнений зависит судьба города. Боюсь, что от такого крика и такой погоды их голоса впоследствии не похвалят на уроках пения. Помните вокальные достоинства Толь Толича? Хотя настоящие любители спорта, которые закаляются с самого детства, не простужаются и не хрипят от каждого дождичка, и даже больше того, они и ливня нисколько не боятся.

Над стадионом неистовствует хор мальчиков и девочек, как будто идет футбольный матч за звание чемпионов мира. А над всем этим, еще выше, - серое акварельное небо без единого лучика солнца, без единой капельки синевы, совсем без примеси других красок и оттенков. Будто кто-то взял черную и белую краски, долго и упорно их смешивал, а когда они растворились друг в друге без остатка, взял и выплеснул эту массу над городом…

Трава футбольного поля из-за непрерывного дождя напоминает тину - липкая и скользкая, и не всем игрокам удается устоять на ногах, но будущие чемпионы не обращают внимания на такие мелочи - какие-то там лужи и грязь, они стараются изо всех сил. И я скажу вот что: каждый человек, глядя на них, захотел бы оказаться в их рядах. По правде говоря, даже многие взрослые не удержались бы от соблазна попроситься к ним в команды.

Славка завороженно смотрит на это представление. Невольно начинает болеть за команду, в которой Элька. А она с Мишкой, понятное дело, в разных. Саночкин сильно волнуется и кричит во все горло, особенно когда товарищи Эльки отстают от соперников. Эля вся перепачкалась, даже на румяной щеке темные брызги, но она бьется изо всех сил. Если бы Славка был в детском садике, он, может быть, опять влюбился бы, как маленький, в Эльку - так она ему нравилась в этот момент.

Но вот раздался резкий свисток. Занятия закончились, возбужденные дети помчались в раздевалку.

- Здравствуйте, - Славка подбежал к тренеру, который не спеша с большой корзиной в руках идет по беговой дорожке.

- Физкульт-привет. Опоздал? Как фамилия? - спрашивает Толь Толич.

- Не. Я не опаздывал. Я пришел к самому началу. Только вы еще меня не приняли в секцию, - семенит Славка рядом.

- А-а. Так ты, брат, все-таки опоздал. Мы вчера принимали, - останавливается тренер. - Почему вчера-то тебя не было? Те, кто очень хотел стать спортсменом, еще накануне записались.

Славка не знает, что ответить. Почему его вчера не было? Как объяснить? Он стоит и с тревогой смотрит на тренера.

- Так что набор закончен. Взяли даже больше нормы, кто-то отсеется, разные там хилятики и хлюпики. Списки утвердили. Извини, брат, - сказал, словно приговор вынес. И направился к раздевалке.

А Славка так и остался стоять на дорожке под серым-серым небом.

Круговорот воды в природе был в самом разгаре. Только солнце светило где-то далеко-далеко, там вода испарялась, поднималась вверх, превращаясь сначала в облака, затем в серые тучи, которые подхватывал ветер и гнал их к городу, в котором живет Слава Саночкин. Тучи неподвижно повисали над городом, Центральной улицей, стадионом и над маленьким первоклашкой, который стоял, как тучи над ним: не шелохнувшись.

Все это видел грустный человек, который один-единственный на всем стадионе держал над головой зонт. Причем зонт был таких размеров, что, может быть, где-то в другом месте, где печет солнце, а дети ходят в панамках, он стоял бы в кафе и под ним располагался бы стол, за которым легко уместилась бы целая семья - мама, папа и их маленький сынишка.

Толь Толич уже почти дошел до здания спортивной школы, что-то крикнул своим сорванным голосом тем, кто еще гонялся по полю, и вдруг обернулся к Славке. Остановился.

- Ну? Так хочется стать Скороходовым?

- Хочется, - честно признался Славка, и надежда блеснула в его голосе.

И показалось, что именно в этот момент небосвод просветлел и синее чистое небо обнаружилось маленьким краешком над стадионом.

- Ну что делать с тобой… Ладно, брат. Правда, спортивной формы у меня уже нет. Распределили все. Лыжи и ботинки тоже, как понимаешь… Даже не всем достанутся… из тех, кто еще вчера пришел. Так что, если очень хочешь стать лыжным гонщиком, скажи маме и папе, чтобы купили лыжи со специальными спортивными ботинками. И приходи… Да! Кроссовки… Передай родителям, чтоб приобрели для тебя теплую спортивную обувь, а то погода в этом году смотри какая. Занимаемся на воздухе. Давай.

Все пространство над головой Славки опять заволокли тучи, но они уже не были просто серыми, они темнели и сгущались, они все больше отделяли Славку от прячущегося солнышка и чистой синевы. Еще и дождь, как назло, усилился именно в этот миг, как будто он только и ждал этого: чтобы один маленький человек узнал в эту минуту - никогда не стать ему Скороходовым. Не стать, потому что у его бабушки нет никакой возможности купить такие дорогие вещи - спортивную форму, да еще теплые кроссовки, и самое главное - лыжи с палками.

Так Славка узнал, как рушатся надежды.

Жизнь так устроена, что если не везет, значит, не везет. Славка привык. Ну ведь многие же люди не стали Скороходовыми, правильно? Не один он такой. Вот такие примерно мысли роились в Славкиной голове, пока он ковылял по лужам к дому. Но, скользнув взглядом по мокрой каменной стене, увидев темные окна квартиры, он решил, что бабушка еще "защищает" кого-то на работе. И, не останавливаясь у подъезда, направился к Центральной улице… сами знаете куда.

"Витрина оформляется". "Долго, - возмущается Славка. - Могли бы и побыстрее: раз - и все!" Что "все"? А он и сам не знал, просто опять забыл спросить у бабушки, что такое "оформляется". Что-то, видать, важное и серьезное. Не просто так. Синяя тряпка явно скрывала что-то подозрительное и загадочное.

Во всяком случае, здесь лучше, чем в опустевшем дворе - теперь даже Мишка на тренировках. И уж точно лучше, чем одному дома.

Смотрит на свое отражение в витрине, и даже оно уже не радует. Отвел взгляд, окинул отражение многолюдной улицы и вдруг понял, что это не улица, а… огромный стадион.

Вот Славка отчетливо видит, как он стремительно мчится на лыжах. Сзади ковыляют Мишка, Сашка и другие ребята. Им никак не угнаться за настоящим лыжником, у которого на груди и спине написано хорошее слово "СПОРТ".

А вот другая лыжная трасса - это взрослые соревнования в Новрегии (или в Норвегии?). Много-много болельщиков. И вдруг наша сборная отстала от лидеров! Неужели такое возможно! Все в ужасе. Но это эстафета - это значит, что за каждую страну выступают по четыре самых быстрых лыжника и все решится только тогда, когда последний из четверки пересечет финишную черту. Поэтому еще есть надежда: а вдруг на последних этапах произойдет чудо, вдруг наши еще вырвут желанную победу. Тренеры рвут на себе волосы. Особенно поредела шевелюра Толь Толича. На последних этапах за нашу страну выступают Скороходов и… конечно, Саночкин. Предпоследним бежит Скороходов. Перед тем как уйти на дистанцию, он говорит Славке: "Вячеслав, надежда только на тебя, не подведи. Давай покажем им, где раки зимуют!" - жмет ему руку… и уходит на этап, далеко отстав от соперников. Он настоящий боец, поэтому обгоняет почти всех, только самый сильный новрежец убежал далеко-далеко вперед. Уставший Скороходов подбегает к Славке и, падая, из последних сил протягивает ему эстафетную палочку… Славка срывается, как ракета. Все скандируют: "Са-ноч-кин!!!" А самый юный участник ловко скользит по лыжне, в руках легкие лыжные палки, они мелькают, как велосипедные спицы - не уследишь, а на ногах - новые лыжи, они только-только из магазина - ни одной царапинки, под ними снег не скрипит, а поет: вжик-вжик-вжик. До лидера очень далеко, и никто не верит, что какой-то мальчик может догнать чемпиона мира, но бабушка, Элька и тетя Маша верят в него, они надеются, что Славка сможет спасти честь страны… И Славка совершает чудо - за несколько метров до финиша обгоняет самого быстрого новрежца. Победа…

Славка так устал от своей спортивной фантазии, что без сил прислоняется к стеклу витрины, уткнувшись в нее лбом.

profilib.net

Алексей Гавриленко - Синие лыжи с белой полосой

И тут Славка вспомнил: он как-то раз с бабушкой был в этом зале на очередной "защите", тогда он обратил внимание на железную лестницу, она плавно обвивала стены обсерватории. Железная конструкция, как змейка, извивалась спиралью над аудиторией. До самого верха.

- Эх, хоть бы фонарик… - посетовал в темноте Костик.

- А спички подойдут? - откликнулся Мишка.

- Слушай, разбойник, а что у тебя еще в карманах? - строго спросила Яна.

Но Славка уже не слышал, чем закончился этот разговор, он ощупью пробирался к стене.

А наверху творил зло черный человек, он вперил глаза в экран компьютера - на нем вертелись и прыгали сотни и тысячи разных цифр, они кружились в шаманском хороводе, большие - как древние колдуны, а маленькие - как всякая лесная нечисть. И когда каждое из бесившихся в этом ритуальном танце чисел нашло свое место, вся эта чехарда разом исчезла, экран подмигнул, и на черном поле зажглась одна-единственная цифра - "100". Но она была очень большая. И замерла она лишь на мгновение. В следующую секунду она превратилась в цифру "99", та тоже просуществовала недолго, ее сменила цифра "98"… Даже Любим понял: когда закончится обратный отсчет и на экране появится "0", тогда и наступит вечная осень.

Телескоп закончил движение. Он застыл на самой верхней точке - между двумя железными портами: они, как причалы, нависли справа и слева от платформы телескопа. Черный продавец сообразил - это его спасение, откинул железный мостик, который предусмотрительно крепился на платформе возле кресла, и прошел по нему на железную лестницу. Она плавно вела вниз. Пользуясь темнотой, он незаметно скользнул по ступеням. Стараясь не греметь, двинулся на носочках по этой пологой железке. На лице застыла торжествующая улыбка. Через минуту он прошмыгнет мимо охранника, а компьютер без него завершит начатое дело.

83, 82, 81, 80… страшные цифры отсчитывали последние мгновения хорошей погоды.

Славка не видел и не чувствовал высоты, ноги стучали по ажурной решетке, руки перебирали холодный металл поручней. Он различал только мерцающий экран, вспышки антенных разрядов и звезды, которые уже начали немного затуманиваться. Импульсы уже отправились к облакам. И облака, которые уже было покинули город, вдруг остановились, не спеша развернулись и устремились в обратном направлении. За ними потянулись тяжелые тучи.

Яна и без спичек нашла щиток. На нем еле заметно различалась красная молния.

- Сюда! Рубильник здесь!

Костик распахнул железную дверцу, чиркнул спичкой, осветив множество клемм и проводов, мгновение подумал и безошибочно рванул нужный рычаг. В ту же секунду зал осветился множеством ламп. Пришлось даже глаза прикрыть - так ярко вспыхнул свет.

Первое, что они увидели, - это странная картинка на полу в центре зала. Два каких-то непонятных человека, лежа на пузе, гребли к открытой двери.

- Это еще что за безногие ящерицы-желтопузики? - спросил Костик, подходя к ним.

- Мы не желтопузики, мы астрономы, - гордо ответил Гогов, подняв лохматую голову.

- Это мы изобрели формулу дождя, - не удержался и похвастался Магогин.

- Вот вы-то нам и нужны, ну-ка отвечайте, как обезвредить вашу компьютерную программу?

- А никак, - пожал плечами Гогов, он уселся, явив взорам перепачканную одежду. В зале наследили, а эти умники ничего лучше не придумали, как по грязному полу на брюхе ползать.

- Когда на экране появится ноль, тогда все и случится, - важничает перепачканный Магогин. - Во как мы придумали! Сами! Нам никто не подсказывал.

- Придумщики! - покачала головой художница. - Как же обесточить телескоп? Быстро отвечайте! - топнула она ногой.

- Чего?

- Где розетка? - уточнил Костик.

- Так он же работает не от электричества, - назидательно произнес Гогов.

- Ого! Он что, на батарейках? - удивился Мишка.

- Да. На солнечных батареях. А скоро телескоп вообще работать перестанет. Солнце закончится.

Костик, Яна, Эля и Мишка разом запрокинули головы, и… О ужас! Их взорам предстала кошмарная картина.

Черная платформа телескопа зависла на страшной высоте. Справа и слева от нее обрывались две железные дорожки - подступала лестница, которая извивалась по спирали вдоль стенок. Слева от платформы на железную дорожку был перекинут мостик, а справа, у самого обрыва, стоял Славка. Он обеими руками вцепился в поручни, его ноги от страха подогнулись в коленках. Кресло на платформе было пусто, Любим уже улизнул и где-то спрятался. Огромное черное орудие испускало электрические импульсы. А между Славкой и этим зависшим лафетом, на котором стоял компьютер, зияла пропасть…

- Славка, не шевелись! - закричала Эля.

- Господи, как тебя туда занесло?! - схватилась за сердце Яна.

Даже горе-астрономы попятились со страху, встали на четвереньки и продолжили свой путь к выходу.

А Славка и не собирался шевелиться. Когда внезапно зажегся свет, его как током шибануло. Он внезапно увидел верхотуру, на которой оказался, и… окаменел. Немедля из самой глубины его существа выскочил страх высоты и в мгновение ока превратился в панический ужас. Он и сковал своего хозяина. Не знаю, дышал ли Славка в эту минуту, не удивлюсь, если узнаю, что у него даже нос парализовало от ужаса.

- Слава, успокойся, сделай глубокий вдох и задержи дыхание, - взял себя в руки Костик, он понял, что мальчику нужна помощь, но сейчас только он сам может облегчить свою участь.

"Только бы не запаниковал", - застучало у него в висках.

- Слушай меня внимательно, - как можно спокойнее заговорил Костик. - Вниз не смотри. Смотри вперед. Ты слышишь меня? Ответь!

Прошла вечность, прежде чем сверху упало хриплое: "Да".

- Отлично. Ты видишь перед собой компьютер. Смотри на него, потом медленно поворачивайся…

- Славка, какие цифры на экране? - крикнул Мишка.

Яна и Эля сразу же накинулись - зашипели на Мишку, но поздно: эти слова долетели до Саночкина. В его сознание сквозь панический ужас пробился их смысл. Цифры стремятся к нулю, значит… Значит, он, Славка Саночкин, - единственный человек на земле, который еще может предотвратить катастрофу. Лучше бы этого не знать! Он постарался задержать дыхание. Чуть прояснилось. Он сообразил, что, будь на его месте Костик или любой другой смелый человек, стоило всего лишь посильнее оттолкнуться и перепрыгнуть на платформу… Нет, этого он не сможет… "Знаешь ли ты, Славка, что высота, которую видишь снизу, всегда обманчива, снизу она всегда кажется не такой страшной. И только когда оказываешься на самом верху - только тогда понимаешь, как это на самом деле высоко и жутко", - зазвучал голос бабушки.

Он медленно поднял глаза.

21, 20, 19, 18, 17, 16… - безжалостно улетали мгновения.

- Пятнадцать, - выдавил из себя Славка.

У всех опустились руки. Теперь стало окончательно ясно: ни Яна, ни Костик уже не сумеют преодолеть за оставшееся время даже треть лестницы.

И вдруг все увидели - Славка чуть качнулся, отставил одну ногу назад…

- Даже не думай! - взлетел и сорвался голос Яны.

- Не прыгай! Славка, не смей! Разобьешься! - отчаянно закричал Костик.

- Славка, остановись! Дурак ты этакий, - впервые чуть не заплакала Элька, закрыв лицо руками.

Даже Мишка, присвистнув, прошептал: "Я бы ни за что… Стремно…"

Звезды несмело заглянули в больничное окошко. Бабушка, кутаясь в платок, любовалась чистым небом. Она все время думала про внука, недвижно смотрела вдаль, только сердце ее спешило. А врачам это-то и не нравилось, они хотели, чтобы бабушкино сердце работало поспокойнее, вот и задерживали ее в палате. А как поспокойнее, когда уже сутки телефон не отвечает?

Она обернулась. Высокий доктор, тот самый, который настоял на ее госпитализации, только что проходя по коридору, задел столик с лекарствами. Чуть не рассыпал таблетки. Впервые он выглядел таким неловким и расстроенным. Всегда немного грустный, обычно он все-таки излучал уверенность и спокойствие, а сейчас… даже больно было глядеть на него.

- Как ваше самочувствие? - задала бабушка его же любимый вопрос.

- А? Ах, простите, задумался… Как вы себя чувствуете? - очнулся доктор.

- Как всегда. Тревожно немного. А погода налаживается.

- Да-да… очень тревожно, я места себе не нахожу, - сказал доктор, глядя на безоблачное небо.

- Вы удивляете меня, - проговорила бабушка. - Что-то случилось? Я могу вам помочь?

- Нет, - обреченно покачал головой высокий врач. - В жизни случаются такие моменты, когда никто не может помочь. Когда человек остается один на один со своими страхами и опасениями. Тогда только от его силы воли и духа зависит его здоровье… - помолчал и добавил: - И даже жизнь.

- А как же близкие? Родные? Друзья? Они же всегда рядом в такие минуты, - горячо возразила бабушка.

- Да, я согласен с вами. Но бывает, что никто не в состоянии протянуть тебе руку… Даже самые близкие люди.

- Вы ошибаетесь, - твердо сказала пожилая женщина. - Любовь и добро преодолеют любые преграды.

- Так-то это так! Но, дорогая моя, простите великодушно, однако не могу с вами полностью согласиться. Чем больше я живу на свете, тем больше убеждаюсь: жизнь - это в каком-то смысле лотерея. Мы никогда не можем знать, что готовит нам судьба. Мы перед ней бессильны. Достанешь билетик из коробки, развернешь и только тогда узнаешь - удача там, или несчастье…

- Доктор! Вы же такой мудрый человек, зачем вы говорите такие неправильные слова?

Доктор, так похожий на лотерейщика из магазина, поднял глаза. Он с болью посмотрел на бабушку и произнес:

- Неужели у вас в жизни никогда не случались ужасные трагедии? Непоправимые случайности? Которые нельзя было предвидеть? Аварии, например?

profilib.net

Алексей Гавриленко - Синие лыжи с белой полосой

Вы думаете, что сегодня чудес не бывает? Вы уверены, что после осени всегда наступает зима? И считаете, что мальчишка семи лет не может в одиночку противостоять беспринципным злодеям? Вы ошибаетесь! Славка Саночкин не просто какой-то первоклассник. Он очень смелый человек, не испугавшийся ни хитрых интриганов, ни злобных огромных псов. Он спас большой город от ужасной катастрофы. И получил в награду то, о чем мечтал всю жизнь…

Содержание:

Алексей Евгеньевич ГавриленкоСиние лыжи с белой полосой

Посвящаю моей Дашеньке, а также ее бабушкам и дедушкам

Эту историю я знаю не понаслышке, все это было по правде и, можно сказать, совсем недавно. Просто об этих таинственных событиях пока не писали в газетах и не сообщали по телевизору в новостях. Все, что произошло, так и осталось тайной для широкой общественности. И многие люди так и не догадываются до сих пор, какие крупные неприятности угрожали всем нам. Поэтому я немного опасаюсь, что настоящие герои этой истории, когда прочтут об этом, возьмут и вообразят о себе бог весть что, а еще, не дай бог, и зазнаются после этого. Сами-то они пока не думают, что совершили какие-то геройские подвиги. Поэтому город, в котором все это приключилось, я называть не стану. Хотя все его знают.

А было все это вот как…

Глава 1, в которой рассказывается о том, что у каждого человека бывают удачные дни, а бывают, прямо скажем, не очень-то

Славка выскочил из ванной с мокрой физиономией - было не до полотенца. Юркнул на табуретку возле кухонного стола и… разочарованно застыл. Отрывной календарь уже лишился вчерашнего дня.

Славке еще ни разу не удалось опередить бабушку в этом вопросе. Она умудрялась оторвать лист первой, будто всю ночь в засаде сидела. "Ладно, завтра сначала сюда, а уж потом - зубы драить". Он принялся сосредоточенно считать странички, оставшиеся до своей самой любимой, но она была, как назло, последней. "С Новым годом!" - вот что на ней написано. Раз, два, три… на тридцатой бабушка прекратила его упражнения по арифметике, а ведь оставалось совсем чуть-чуть.

А вообще-то надо сказать вот что. Тут что-то не так с этой арифметикой. Славка давно заподозрил неладное: календарь, например, сообщает, что, дескать, зима на пороге, а за окном совсем другое. Может, в этом году бабушка напутала чего-нибудь, отрывая эти дни-листочки? Или календарь попался неправильный…

А дело в том, что в одном очень большом и многолюдном городе давно не было обычного снега. С прошлой зимы. А сейчас уже наступала следующая зима и пора бы уже снегу выпасть на тротуары и на крыши, облепить скамейки и украсить голые ветки деревьев кусочками ваты. А его все не было и не было. А вот ветер и дождь, наоборот, были сколько хочешь. И это, конечно, всем очень надоело, потому что жители этого города уже давно не лепили снеговиков, не гуляли по заснеженным паркам и вообще уже столько времени не бросались друг в дружку снежками.

А еще в этом городе живет мальчик по имени Славка, он тоже любит, чтобы летом было солнце, а зимой - снег, и можно сказать, что зима - его самое любимое время года. У него и фамилия подходящая - Саночкин, только зиму он любит не из-за фамилии, конечно, а потому что… но я тороплю события. Вот, кстати, и Славка. Куда-то он направился после школы, и признаемся - слишком уж самостоятельно для первоклассника.

Мысли сейчас у Славки, как и погода в этом городе, хмурые.

Когда-нибудь он по-настоящему разберется с Мишкой, думает Славка в эту минуту. "Гвоздь еще узнает, где живут раки каждую зиму, просто сегодня… у меня неудачный день. Такие дни бывают даже у самого Скороходова", - успокаивает себя Славка, бредя по шумной улице, среди людей, которые в отличие от него всегда знают, куда им надо бежать сломя голову, и при этом всегда опаздывают. Иначе что же они так несутся, как на лыжных гонках? Взрослые вообще возомнили, что они даже не то что какие-нибудь лыжники, а… что они большие и могучие ледоколы в Ледовитом океане (только в нем льда пока нету). И ведут себя так же - не замечают маленьких корабликов у себя под ногами, думают: раз ты еще ребенок, значит, должен уступать дорогу взрослым, будто у маленьких нет своих важных дел. Славка давно научился лавировать в этом потоке: уворачиваться, когда нужно, и ускорять ход, если угрожает столкновение. Самые опасные участники этого движения - мужчины с портфелями, особенно если пальто нараспашку и шарф развевается по ветру - эти никого в упор не видят.

profilib.net

Алексей Гавриленко - Синие лыжи с белой полосой

- Здесь не работают люди из пугливого десятка, - смеется Любим собственной шутке, расправляя плечи. - А я давно наблюдаю за вами. Ваша витрина как раз напротив моего отдела. Раньше в этой витрине "шел дождь". Зонтички разные, плащички, сапожки… там были, но, увы, скоро зима. Так что наш товарчик, как бы никому уже и не нужен… даже на витрине.

- Вы так говорите, как будто не рады, что скоро зима.

- Нет, ну что вы, - хитрит Любим. - Зима - это хорошо. Просто отлично! Лишь бы морозов не было.

- Ну какая же зима-то без морозов?

- Не скажите, не скажите… Зима без морозов очень даже неплохо. Кругом лужи, ручейки. Кораблики опять же… Можно их пускать по грязным канавам. Красота!

- А я вот люблю белый снег, лыжи, ледяные горки и прозрачный морозный воздух.

- Ну как же без этого! Непременно. Это я тоже обожаю! Ну просто самозабвенно, до беспамятства, - снова пытается обмануть доверчивую Яну хитрый Любим. Для того чтобы понравиться ей. - Хотите сегодня вечером погулять под зонтом по городу? - предлагает он.

Яна смущается:

- Вы извините, но у меня столько работы… Да и не люблю я такую слякоть. По лужам как-то не очень удобно расхаживать парой. Особенно под одним зонтиком.

- Ну как хотите, - уже без улыбки, а, наоборот, с недобрым прищуром говорит прилизанный продавец.

Попрощавшись, Яна направляется к своей витрине, а Любим еще долго смотрит ей вслед. В его взгляде - сожаление и коварство и трудно понять, чего больше.

Яна возвращается за свою ширму. Принимается за работу: разводит краски, помешивает их кисточкой, словно суп в кастрюле. Они постепенно сливаются в однородную по цвету массу. Много-много веселых и ярких хоботков, выдавленных из разных тюбиков, растворяются без остатка в этом сером, как осеннее небо, супе. Она останавливается и критически смотрит на результат своих усилий. Ей что-то не нравится во всем этом. Внезапно она вспоминает, что недавно говорила Танечке о красках и о малыше за окном. Грустно смотрит на улицу. Там случайные люди спешат, как всегда, по своим неотложным делам. Ветер и дождь подгоняют их. И чего-то важного и нужного, кажется ей, не хватает за этим стеклом, по которому стекают многочисленные ручейки. Окинув взглядом витрину, она вновь возвращается к делам - продолжает смешивать разные яркие краски, чтобы получить один тусклый, блеклый оттенок, который так близок к реальному цвету… ведь нас в жизни очень-очень редко окружают чистые, незамутненные оттенками краски.

Глава 12. Мишка делает открытие. Конечно, не такое научное, как профессор Эдуард Ильич, и даже не такое, как братья-астрономы, и все же, как ему кажется, важное и полезное для всего прогрессивного человечества

- Ну вот, теперь вы полностью экипированы. Прямо как в сборной страны, - хрипит Толь Толич.

- А что такое "эпи-ки-пи-кированы"? - раздается нестройный хор голосов. Первоклашки еще не все слова выучили.

- Это когда у человека есть и форма, и лыжи, и ботинки, в общем, все, чтобы побеждать соперников… Поднимите руки, если кому-то не достались лыжи!

Но веселый и довольный гвалт - лучший ответ тренеру. Он стоит перед целым лесом лыжных палок и разноцветных лыж, ну правда, это еще не большой лес с высокими деревьями, а всего лишь молодой подлесок. И он заметно колышется, будто ветер его раскачивает в разные стороны. Дети конечно же не могут стоять на месте по стойке "смирно", как в почетном карауле, толкаются, что-то выкрикивают, передразнивают друг друга, и даже хвастаются полученными лыжами, здесь ведь нет одинаковых пар - у кого-то белые, у кого-то - коричневые, а есть и голубые, и желтые, и зеленые - какие угодно! Впервые в жизни им вручили спортивный инвентарь в личное пользование. Как большим спортсменам.

- Толь Толич! Толь Толич! - чей-то встревоженный голос взмыл над лесом разноцветных лыж-деревьев. - А как же я? Мне же еще ничего не выдали!

- Кому это "мне"? - Тренер пытается найти в толпе школьников того, кто так звонко кричит.

И вдруг ровный гул голосов резко взрывается - дети смеются над мальчишкой, который только что появился в спортивном зале, он стоит в мокрой куртке и грязных ботинках у двери. Посмотрите на него и вы. Узнали? Хитрая физиономия без переднего зуба и выражение лица, на котором застыла любимая фраза: "А чего? Я ничего… я вообще ничего такого не делал!" Да, вы угадали. Это Мишка. А кто ж еще?

- Здрас-сте! - преувеличенно вежливо говорит тренер. И даже как бы поклонился ему за то, что Мишка сделал всем такое одолжение - посетил тренировку собственной персоной.

Дети оценили шутку. Теперь они не просто хохочут, а покатываются со смеху.

- Мог бы и не приходить уже. Тренировка закончена, - строго говорит тренер.

- А как же лыжи? Я же не могу без них по лыжне быстро бегать!

- Да? А я думал, что ты привык на велосипеде по лыжне кататься или что тебя папа и мама на саночках обычно к финишу привозят. - Тренер не церемонится с Мишкой. Толь Толич очень не любит, когда опаздывают на тренировку, он считает, что из таких несобранных хлюпиков не выйдет новых Скороходовых.

Новоиспеченные лыжники уже и про лыжи забыли - так им весело. Для них это настоящий цирк с клоуном Мишкой, они такие шутки любят - хлебом не корми. Кто-то даже за живот схватился от хохота, а кто-то уже изображает, как Мишка на велике по лыжне катит.

- Вот тебе и урок на всю жизнь, - продолжает Толь Толич, - теперь поймешь, что разгильдяям достается все самое худшее, а иногда вообще ничего не достается… Где ты прохлаждался вместо тренировки? Почему вовремя не явился, как все нормальные дети? А?

- Так я… это… не смог… вовремя… как все дети… нормальные… - лопочет прогульщик в свое оправдание.

Но по всему видно, что Мишка еще не придумал, что сказать.

- "Не смог", - передразнил Толь Толич Мишку. - Раз не смог, оставайся без лыж. Мы раздали все, что было.

Ого! Такого поворота событий не ожидал даже я. За Мишку, конечно, обидно немного, все-таки, согласитесь, жаль человека - всем дали, а ему - нет, но ведь, с другой стороны, сам виноват.

А в это же время (вот совпадение!) Яна находилась в самом спортивном царстве из всех царств и королевств - на складе "спортинвентаря", как называют лыжи и коньки в магазине. Вот бы сюда Толь Толича и всех ребят вместе с Мишкой! Всем бы хватило. Даже по две пары. Бери сколько хочешь! И какие пожелаешь - не надо себя ограничивать в выборе цвета и размера.

Этот богатый склад хоть и был огромных размеров, ну примерно как спортивный зал в школе, но он прятался внутри универмага. Его никто из посетителей не мог видеть. Только некоторые наблюдательные люди обращали внимание на незаметные двери в глубине отдела зимней одежды, как раз рядом с "Детским миром", и тут же забывали про них, проходя мимо. А это и был вход в это спортивное королевство.

Яна внимательно перебирает лыжи и лыжные палки. Неужели она собирается за город - покататься? Но ведь снега-то нет еще! Или она просто хочет запастись лыжами на зиму? Возможно. Только вот странность! Она выбирает себе какие-то неподходящие лыжи, маленькие. Детские. Столько пар пересмотрела и не выбрала ничего. Непонятно. Может, они ей нужны для работы? Ну, например, чтобы зиму на витрине изобразить. Если покупатели увидят такие лыжи за стеклом, они непременно заглянут в универмаг и купят такую красоту… А может, Яна просто из любопытства сюда зашла - не знаю. Видать, у нее и впрямь что-то не получается в последнее время. Эта ее витрина за синим полотном, судя по всему, оформляется медленными темпами. Как бы Игорь Николаевич не пожурил за это Яну. Все-таки не хотелось бы, чтобы у такой очаровательной девушки были неприятности, а тем более чтобы ей делали замечания, как маленькой.

Тренировка уже закончилась… Но смотрите! Кое-кто продолжает упражняться в беге. Ну конечно, это Мишка догоняет Элю.

- Эй, невеста! Не-ве-ста! Не-ве-ста! - скачет Мишка возле Эли, которая не обращает на него ни малейшего внимания, а спокойно идет себе домой. - Ну ты! Невеста с лыжами! Опа! Смотри, у тебя жвачка на волосах. - С этими словами Мишка бросился к Эле, чтобы прилепить жеваную резинку.

Но, к счастью, не успел. Эля громко заверещала, бросила лыжи и так помчалась за Мишкой, что тот еле ноги унес. Дело в том, что один раз Мишка уже прилеплял свою противную жвачку к ее прическе. Что тогда началось! И слезы, и погоня, и драка, и самое страшное - пришлось выстригать целую прядь. Больше такого издевательства над собственной привлекательностью Эля терпеть не собиралась. Она кинулась в бой. Но Мишка тоже не лыком шит, оказывается, этому забияке только этого и надо было - чтобы Эля бросила лыжи и помчалась за ним. Да-да. Он обежал вокруг детской площадки, подлетел к валявшимся лыжам с палками, схватил их и… умчался с ними за дом.

Эля бросилась в погоню. Не разбирая дороги, она неслась за Мишкой, шлепала прямо по лужам. Высоко над землей взлетали брызги из-под ног, смешивались с каплями дождя, падали на щеки и опять смешивались, на этот раз со слезами. Эле было не жалко расставаться с лыжами, подумаешь… просто ей было очень обидно.

Когда Мишка опоздал и все смеялись над ним, только одна девочка не хохотала - это была именно Эля, она стояла и думала, что, если бы Мишка не был таким дураком и задиралой, если бы он не обзывался, она сама отдала бы ему эти лыжи… Через несколько дней у нее будет день рождения, и папа с мамой еще накануне спрашивали, что подарить. И конечно же она ответила: "Лыжи!" И зачем ей теперь две пары? Но одно дело, когда ты сама хочешь отдать, и совсем другое, когда у тебя отнимают. Правда же?

- Не догонишь, не догонишь! Черепаха! Опа! Опа! - кричал Мишка глумливым голосом.

profilib.net


Смотрите также